Сентябрь, 4, 2007 (09:09)
Пролог
Великие воины Дум, Солитер и Зума Делюкс напились до поросячьего визга и поехали в магазин на танке, потому что им, как всегда, показалось мало. Они заблудились, выехали к Скале, Поддерживающей Небо, врезались в нее и повалили. Небо со страшным грохотом рухнуло на землю, и часть его разбилась на тысячи осколков, которые погребли под собой незадачливых великих воинов. С тех пор повелось искать осколки небесных светил и продавать их на черном рынке, потому, что продавать на белом рынке было запрещено. Особым шиком было освещать жилища осколками солнца, и стоили такие осколки всего дороже, потому что принести их и не обжечься было необычайно трудно.
Файсрулла вышел на крыльцо, почесал голое пузо и улыбнулся. В небе висела четвертушка солнца, которая ощутимо грела Файсруллину лысину. На дверной косяк приземлился муравей. Файсрулла машинально прихлопнул его ладонью, тут же устыдился своего поступка, но было уже поздно. Он понюхал ладонь. Пахло медом, горелым кизяком и, почему-то, ржавчиной. Весело виляя хвостом и поскуливая, подбежала лошадь. Файсрулла погладил ее и почесал за ухом. Лошадь улеглась у ног, высунула язык и часто задышала. Послышалось кудахтанье - это хозяйки выгоняли кур за ограду, где их поджидал пастух в болотных сапогах, камуфляжной форме и детской панаме. Пастух щелкал бичом, надсадно матерился с похмелья и поддерживал панаму, которая норовила свалиться с головы. Куры понуро плелись по дороге, оставляя в пыли аккуратные шестипалые следы и кося красными глазами. Файсрулла подумал о том, что сейчас прилетят инопланетники, будут опять колоть его иглами, светить фонариком в глаза, кормить какими-то пилюлями, и отвалят за все это пятьдесят монет. Куча деньжищ! Файсрулла сел на скамейку во дворе, и принялся мысленно тратить пятьдесят монет. Перво-наперво он накупит сладких помидоров, и будет угощать ими соседку Масейку, к которой он подбивал клинья уже два года. Масейка, конечно, не выдержит его ухаживаний и согласится выйти замуж, для того только, чтоб не есть сладких помидоров, которых она, дура, терпеть не может. Во-вторых, Файсрулла собирался купить ночной горшок, чтобы не выходить ночью до ветру, потому что старый недавно разбился. А в-третьих, он купит топорище, чтобы отрубить голову одной из коров, зажарить ее на вертеле и съесть за обедом.
«Жизнь прекрасна, слава аллаху», подумал Файсрулла, пал на колени, истово перекрестился на восток и стукнул лбом в сырую землю.